Solvaig (solvaigsamara) wrote,
Solvaig
solvaigsamara

Categories:

Все не так: сетевому жаргону респект и уважуха!




Никакие новые слова язык не портят, не губят и не загрязняют, а наоборот, только обогащают, утверждает филолог Иосиф Стернин

Портится ли русский язык от чрезмерного распространения интернет-сленга? Уменьшает ли «языковая игра» в соцсетях наш словарный запас? Перейдем ли мы в будущем с «олбанского» языка на «пацакский»? Надо ли ждать появления новых Пушкиных и Толстых, пишущих на жаргоне? Об этом «Росбалту» рассказал доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой общего языкознания и стилистики Воронежского госуниверситета, директор Центра коммуникативных исследований ВГУ Иосиф Стернин.

— Иосиф Абрамович, в интернет-общении используется много «прикольных» жаргонных словечек — вроде «типо», «бугага», «ору» или «кагбэ», а также «кароч», «ваще», «ыы», «ничо», «нема» и т. д. Не всем это нравится. Ответьте как филолог и специалист по современной коммуникации: портится ли русский язык от чрезмерного распространения такого сленга?

— Жаргон и сленг — это разные вещи. Например, не очень правильно говорить об интернет-сленге, компьютерном сленге. Речь обычно идет просто об экспрессивной (то есть образной, яркой, часто оценочной) лексике новых цифровых технологий, то есть о сетевом жаргоне. Это именно не сленг, а жаргон, экспрессивная речь отдельных групп людей — преступников, шоферов, солдат, наркоманов, врачей, таксистов, спортсменов и т. п. Сленг же — это экспрессивные слова, используемые уже всем народом: «тачка», «беспредел», «разборка», «наезжать», «крыша поехала», «напрягать» и тому подобное.

Именно новые жаргонизмы и сленгизмы привлекают внимание старшего поколения, людей, радеющих за современный русский язык. Так портит ли эта лексика русский язык?

Никакие новые слова язык не портят, не губят и не загрязняют, а наоборот, только обогащают, пополняют его и делают разнообразнее, совершеннее, способным более эффективно и точно обозначать предметы и понятия, которые обсуждают в обществе.

А вот речь конкретных людей, многие их слова и выражения очень даже могут испортить язык. И они портят как речь рядовых носителей языка, так и высказывания политиков, журналистов и всех, кого в обществе «слышно», — в том случае, если люди употребляют эти слова неправильно, не в той ситуации, для которой они предназначены, или в общении с теми, кто этими словами не владеет, не понимает их. Обычно именно это раздражает и создает впечатление, что язык загрязняют и губят. Но загрязняется не язык, а речь конкретных людей. Именно им надо делать замечания, исправлять их, учить их говорить правильно и литературно, а жаргонизмы употреблять уместно.

Отдельно стоит упомянуть то, что лингвисты называют языковой игрой, — намеренное искажение слов и выражений в электронной переписке, чаще всего — с юмористическими целями (так называемый олбанский язык — «узбагойся», «гыгы», «ржунимагу», «даладна», «вотоночо», «я щетаю», «хоспаде», «оймама», «ржака», «чесслово», «штоле» и т. д.), использование особых сокращений на письме — «ИМХО» (от англ. «по моему скромному мнению — IMHO), ЗЫ — то же самое, что и P.S., если напечатать аббревиатуру в русской раскладке на клавиатуре, „Кст“ (кстати), „РОФЛ“ от англ. „катаюсь на полу от смеха“ — ROFL) и т. д. Некоторые из этих выражений начинают иногда использоваться и в устной речи пользователей соцсетей, молодежи. Такая лексика всегда будет, хотя она, конечно, имеет свойство меняться, обновляться, выходить из употребления, заменяться на новую.

Мы, например, исследовали воронежский молодежный жаргон и установили, что словник жаргона обновляется со скоростью примерно 1% в год. Через 10 лет 10% молодежного жаргона уже не используется, мало того — становится молодежи совсем не известным. Например, совершенно вышло из употребления некогда весьма актуальное в 1990-е гг. слово „аскать“ — от англ. ask — „просить“ в значении „попрошайничать у киоска, магазина, чтобы собрать недостающие деньги на мелкую покупку“ (например, „мы с Ниной аскали на газету у ‚Союзпечати‘). Сейчас молодежь этого слова вообще не знает и не знает, что оно было.

— Такие слова, как ‚хайп‘, ‚троллинг‘, ‚рулить‘, няшный» (или «мимишный»), «траблы» (в смысле — проблемы), «баян» (несвежая шутка), «респект» и «уважуха», «лук» (то есть вид), «инфа», «бан», «бро», — тоже уйдут в историю?

— Скорее всего, да. И это нормальная ситуация. Если старшее поколение вспомнит свою молодость, то там наверняка будут такие же слова, которые были чисто молодежными и которые не понимали и не принимали их родители. Например, в мои школьные годы самым популярным молодежным словом было «законно» — значит, отлично. Мы говорили — «законная команда», «законная девчонка», «законный фильм», «законная книжка», «законный вечер», «законная сумка», «законно сделали» и так далее. Сейчас это слово совсем ушло, зато проявились слова «класс», «улет», «ништяк», «жесть», «прикольно», «круто»… Язык меняется и обновляется, приспосабливается к новым условиям и ситуациям общения, и мы не можем этому препятствовать, даже если захотели бы. Мы можем обеспечить лишь уместное употребление слов.

— Многих людей среднего и старшего поколения раздражает, когда молодежь фактически переходит в своей переписке на языковую игру, а в результате нормальные слова русского языка пишет неграмотно, не знает их, не пользуется ими вообще…

— Это верно, опасность здесь есть. Например, сейчас у школьников распространенная ошибка — пишут «экстрИмальный», думают, что проверочное слово — «экстрим». Оно, действительно, часто употребляется в рекламе, в молодежных тусовках, в разговорной речи — «любитель экстрима», «хотите экстрим?» и т. д. Но это другое слово, буквальное фонетическое заимствование из английского языка — extreme. По значению — то, что обеспечивает выброс адреналина. А прилагательное пишется — «экстрЕмальный». Это означает — опасный, рискованный: «экстремальное шоу», «экстремальный цирковой номер».

Под влиянием «олбанского языка», который намеренно коверкает орфографию (и который, кстати, уже практически сошел на нет — мода на него прошла, остались лишь отдельные слова) молодежь утрачивает навыки литературного языка, орфографические навыки. Но опять — всему свое место. В соцсетях можно и, наверно, нужно писать по сложившимся правилам сетевого общения, и это будет понятно именно их пользователям. А вот вне соцсетей надо говорить и писать по правилам литературного языка, и это будет понятно всем.

В соцсетях, например, фактически правилом стало не ставить точку в конце сообщения — это, мол, грубо, слишком категорично. Ладно, пусть так, но вне соцсетей извольте ставить точку в конце — это закон орфографии.

Осваивать надо обязательно и литературный язык, и нормы орфографии и пунктуации литературного языка. Ведь основная его черта — то, что он является общим и понятным для всех. Его поймет каждый, а «олбанские слова» — только пользователи соцсетей. Главное — не путать, с кем как разговаривать и как кому писать (в лингвистике это называется фактором адресата): учитывать, с кем имеешь дело, к кому обращаешься, беседовать и писать на понятном собеседнику языке.

— Есть мнение, что «языковая игра» уменьшает словарный запас тех, кто ей привержен.

— Отчасти это верно. Это отвлекает людей от освоения литературного языка, они могут в результате не знать и не освоить многих необходимых образованному человеку слов и оборотов речи. Но с другой стороны «языковая игра» — это средство создания новых слов, повышения экспрессивности речи, путь определенного обновления языка. Кроме того, словарный запас в основном уменьшается не из-за того, что люди используют исковерканные слова, а потому что не учатся или учатся плохо, нелюбопытны, мало читают.

— Но ведь многие привыкают общаться на редуцированном, «птичьем», этаком «пацакском», если исходить из терминологии фильма «Кин-дза-дза», языке, где все многообразие письменной, а зачастую и устной речи сводится к междометиям типа «ку» и «ы» в различных модификациях. Следовательно, такой сленг для носителей русского языка — это зло?

— Да невозможно общаться только на птичьем языке! Никто и не сможет этого сделать даже при очень сильном желании — никакого жаргона не хватит! Любой жаргон имеет очень ограниченный характер, насчитывает всего пару сотен, а то и несколько десятков слов. Никто никогда целиком на жаргоне не общается.

Например, возьмем фразу: «Прислал он мне новое фото — ну просто ржунемогу!» Старшее поколение негодует: «Они на одном жаргоне говорят!» Да какой же тут «один жаргон»? В этом выражении 7 литературных слов и только одно — из сетевого жаргона. Жаргонные слова лишь вставляются в литературную и разговорную речь (и именно это и привлекает к ним внимание). Просто в общении молодежи со средним и старшим поколением жаргонных слов не должно быть много — старшее поколение их просто не поймет, это молодежь должна понимать.

Просто сейчас жаргонные слова слышнее, поскольку жизнь стала более разнообразной, раздвинулись сферы, которые интересуют людей, расширилась тематика общения и общественных обсуждений, появилась свобода слова, социальные сети дали возможность высказаться каждому, даже не владеющим литературным языком, и можно не соблюдать его нормы — там формируются свои.

Так что в «своей группе» используйте свой жаргон на здоровье, но не выходите с ним в свет к другим группам, которые им не пользуются.

— Но вообще, хорошо ли, когда люди с малых лет привыкают уродовать, если исходить из традиционных представлений, слова, изъясняться косноязычно — и в письменной, и в устной речи? В такой языковой среде, согласитесь, уж точно не стоит ждать появления новых Пушкиных и Толстых.

С точки зрения уже установившихся норм новые слова и выражения всегда выглядят уродами, коверканьем. Но проходит время — и они либо исчезают, как примета только своего, прошедшего времени, либо общество и язык их принимают, как приняли уже такие слова, как «комп», «глюк», «апгрейд», «дисплей», «клава», «селфи», «смайл», «смайлик», «респект», «коннектить (ся)» и другие.

А что касается появления новых Толстых и Пушкиных — действительно, они не появятся, но появятся новые писатели и поэты, соответствующие новому времени, пользующиеся современным языком, и они тоже со временем могут стать классиками. Надо лет десять подождать.

А говорить можно все. Надо только следить за тем, с кем ты разговариваешь: «базар надо фильтровать».

Беседовал Владимир Воскресенский




Tags: предельно ясно, сленг
Subscribe

Posts from This Journal “сленг” Tag

promo solvaigsamara october 20, 2016 05:00 2
Buy for 20 tokens
" Любая война начинается с желания войны. Когда войны никто не хочет, ее и нет. Сегодня же русские войны захотели. И непростой войны — ядерной. А раз мой народ хочет войны, он будет ее иметь. И именно такую, какую хочет. Конечно — преступление. Но не это важно. А — то,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments