Solvaig (solvaigsamara) wrote,
Solvaig
solvaigsamara

Виталий Щигельский: Будут они стрелять или нет?




Утро. Апрель. Тепло. Жду маршрутку на остановке. И они ждут: парень и девушка. Держатся за руки. Счастливые еще детские лица. Любовь. Оба обмундированы. Форма мешковатая, ватная, различающаяся лишь цветом (определенно, военный кутюрье презирает людей). Зимняя. Приказ о лете не вышел. Зато другой приказ, о том, кем сейчас надлежит быть, доведен и исполнен безукоризненно. Если завтра война, он защитит ее. Если завтра он нарушит устав, она арестует его. А пока они только курсанты: она — академии МВД, он — МО

Молодость коротка, как весна в наших краях. Нужно успеть сделать выбор. Жизненно-важный — определиться с профессией. Только в городе-государстве Москве дети рождаются министрами, генералами, режиссерами и бизнесменами. В "подмосковном" (от Владивостока до Калининграда) пространстве новорожденные уже балласт: потенциальные правонарушители, безработные, алкоголики...

Впрочем, иногда потребность в человеке, точнее в определенной "потемкинской" группе людей, возникает. Это обычно происходит, когда косноязычный и однозадачный российский "левиафан" вступает в диалог с Западом, и ему требуется "джокер" для очередного блефа или бахвальства.

После голодомора миру показывают самое зернистое на свете зерно и самых свинястых свиней. В этот миг гегемоном и главными героями книг, фильмов и постановок становятся свинарка и пастух, а в органах государственной власти появляется какой-нибудь депутат Свиньин-Пастухов.

В годины промышленного психоза их места занимают табельщица и рабочий. В короткий период изобилия (в сравнении с нищетой и разрухой) — инженер и филологиня. Затем — бандит и проститутка. Так "левиафан" и подпитывающие его "мастера" культуры интерпретируют время относительной свободы.

Офицер полиции и офицер государственной или частной (поди их разбери) военной компании — тренд сегодня.

Пропаганда работает. Даже в те мгновения истории, когда, как считается, она упразднена. Несколько взмахов хлыста, демонстрация пряника — и люди становятся теми, в ком нуждается государство. Неподдающихся перековке, их в разные времена называют по-разному: отщепенцы, маргиналы, враги народа — изымают из оборота. Аннигиляция неподдающихся — самый доходчивый метод воспитания конформистов...

Отсутствие исторической памяти, устойчивых традиций, более-менее отчетливых представлений о себе и смысле жизни делают россиян очень пластичными. Если бы "левиафан" решил, что семицветные ленты выгоднее георгиевских, а стикер "В Евросоюз!" приличней, чем наклейка "На Берлин!", то за полгода семицветик вытеснил бы колорада с лацканов пиджаков, зеркал заднего вида и детских колясок, а еще через пару лет Россия могла бы стать равноправным членом Евросоюза.

Но государство выбирает другую интригу.

Курсанты держатся за руки. Форма одежды зимняя. Они — гегемон. Образцы. Если завтра война, он защитит ее. Если завтра он нарушит устав, она арестует его.

А когда негегемону вдруг не понравится запах родины (свалки горят), когда почему-то не захочется умирать от отсутствия американских лекарств, когда возмутят тарифы, налоги и цены, то влюбленные начнут действовать сообща. Она будет сажать, он — стрелять...

Мы садимся в одну маршрутку. Едем. Будут они стрелять или нет?

Виталий Щигельский


Tags: путинизм
Subscribe

Posts from This Journal “путинизм” Tag

promo solvaigsamara october 20, 2016 05:00 2
Buy for 20 tokens
" Любая война начинается с желания войны. Когда войны никто не хочет, ее и нет. Сегодня же русские войны захотели. И непростой войны — ядерной. А раз мой народ хочет войны, он будет ее иметь. И именно такую, какую хочет. Конечно — преступление. Но не это важно. А — то,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments