Solvaig (solvaigsamara) wrote,
Solvaig
solvaigsamara

Зачем Россия постоянно прощает долги, раздавая новые кредиты?




Списания долгов другим странам — будь это списания десятков миллиардов долларов Кубе или Северной Корее, или же недавнее прощение $250 млн Кыргызстану и $890 млн Узбекистану — всегда вызывают шум в соцсетях и прессе. Зачем прощать долги и тут же выдавать новые? Почему нельзя взять «натурой» — например товарами или даже территориями? Зачем вообще эти кредиты выдают? На самом деле, решения о предоставлении кредитов или же списании почти всегда обоснованы. Просто надо понимать мотивы и тех кто получит выгоду

Самые простые истории: те должники так бедны, что не способны расплатиться, либо если долги создавались диктаторскими режимами не в интересах своих стран, а шли в основном на закупку оружия. Вторую категорию принято классифицировать одиозными и считать не подлежащими оплате.  В принципе, существенная часть кредитов, выданных СССР своим «друзьям», могла бы попасть в эту категорию. Списание долгов, которые, скорее всего, будут признаны одиозными, запроси такой статус сам должник, обычно проходит быстро: долговые переговорщики — обычно одни из самых компетентных дипломатов или финансовых чиновников своих стран.

С невозвратными кредитами беднейшим странам тоже все достаточно просто. Массовое прощение кредитов 36 наиболее закредитованным и нищим странам (преимущественно африканским) прошло под эгидой МВФ в 2007–2015 годах. Ещё три страны потенциально смогут принять участие в этой процедуре — это такие же нищие африканские Эритрея, Сомали и Судан. Стоит отметить, что прощала долги не только Россия: решение о списании от 80 до 100% долга и предоставлении новой финансовой помощи принималось консолидировано всеми крупными кредиторами, входящими в Парижский клуб, членом которого является и наша страна.

В этом списке было немало стран с большими долгами перед СССР, которые в начале 1990-х унаследовала Россия. В их числе, например, Афганистан, Мозамбик, Эфиопия. Кредиторы прекрасно понимают, что взыскивать кредиты, выданные преимущественно по политическим мотивам, просто неприлично — как наследники, обнаружившие расписки от друзей родителей по секте, вряд ли будут требовать оплаты. Тем более деньги их получатели проели десятки лет назад, и их невозможно пустить на строительство дорог на селе или льготную ипотеку для народа. В остальных случаях начинает действовать принцип «с паршивой овцы хоть шерсти клок».

С самых паршивых, не имеющих живых денег, но способных хоть что-то предложить в качестве экономического или военного ресурса, пытаются получить это самое что-то. Тут Россия не одинока: почти все бывшие империи грешили и грешат этим. При этом большинство кредитов целевые — например, по факту Венесуэле мы предоставляли не кредит живыми деньгами, а возможность на эту сумму закупить самолеты и военное оборудование. В переводе на человеческий язык это значит, что вне зависимости о возврата кредита это субсидия российской авиационной промышленности и производителям нефтяных вышек.

Аналогичны и прописанные в соглашении с Северной Кореей обязательства потратить средства на важный для РЖД проект. Европейские и китайские агентства и банки (государства редко выдают новые кредиты напрямую, в основном из-за бюрократических соображений) тоже грешат политической мотивацией выдачи новых займов, идущих в одном пакете со списанием старых долгов. При этом кредитор хорошо понимает, что вероятность возврата даже урезанного и рассроченного долга невысока. Но эту проблему чиновники оставляют своим преемникам, которые будут решать эти проблемы через несколько лет.

Со странами, где есть что получить, долговая логика другая. Например, от Индии и Вьетнама Россия много лет получала выплаты за кредиты товарами. Традиционно не подлежат списанию долги перед МВФ или структурами Евросоюза, выданные для финансовой стабилизации — их могут растянуть на много лет, простить проценты, но не тело долга. Например, при реструктуризации долгов Греции в 2012-13 годах, долги перед банками и владельцами облигаций были наполовину списаны, но межгосударственные долги были фактически беспроцентно растянуты на десятилетия — и тело долга осталось неизменным. При этом сейчас Греция тратит на обслуживание долга в процентном отношении к бюджету меньше, чем Италия, имеющая существенно меньший долг к ВВП — но платит проценты за его обслуживание.

Наконец, бывают особо интересные истории, такие как выданный откровенно по политическим мотивам кредит Украине в конце 2013 года. Однако он был выдан в виде еврооблигаций и из средств Фонда национального благосостояния (что потребовало срочно поправить правила инвестирования фонда). И спор, является ли этот долг межгосударственным (священным и неприкосновенным, если не подобреет кредитор) или частным (где реструктуризации проходят по принципу равенства действий ко всем кредиторам и воле большинства — а владельцы других выпусков облигаций согласились на списание и отсрочку) решается в английский судах. Пока суды принимали решения в пользу России.

Собственно, высокая политизированность выдачи межгосударственных кредитов и стимулирует переводить финансовые сделки в плоскость международного долгового рынка с понятными правилами. Выдачу субсидий политическим клиентам или же помощь жертвам гуманитарных катастроф тоже лучше не маскировать под кредиты — проектное финансирование за счет госбанков (его очень любят Китай и Франция) подходит для инфраструктурных проектов, а просто помощь можно выделить напрямую из бюджета. Но старые долги, которые нельзя списать просто так, требуют торга и условностей, а также учета политической обстановки. По сравнению с позапрошлым веком, когда многие войны начинались из-за неуплаты долгов европейским кредиторам и заканчивались иностранным контролем за налоговым и бюджетным процессом либо продажей территорий, нравы стали мягче.

Антон Табах, главный экономист рейтингового агентства «Эксперт РА», доцент НИУ ВШЭ


Tags: россия для мира, финансы
Subscribe

Posts from This Journal “финансы” Tag

promo solvaigsamara october 20, 2016 05:00 2
Buy for 20 tokens
" Любая война начинается с желания войны. Когда войны никто не хочет, ее и нет. Сегодня же русские войны захотели. И непростой войны — ядерной. А раз мой народ хочет войны, он будет ее иметь. И именно такую, какую хочет. Конечно — преступление. Но не это важно. А — то,…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments