October 21st, 2015

1. я

Елена Рохлина: нас ждут теракты и война

Оригинал взят у a_01z в Елена Рохлина: нас ждут теракты и война
Оригинал взят у ivan_ushenin в Елена Рохлина: нас ждут теракты и война


Пока тупоголовое быдло во главе с пропагандонами рукоплещет тому, что Россия втянута в новую войну - вменяемым и честным согражданам как никогда надо становиться плечом к плечу.
Нас ждёт адок, когда-то меня спросили, что нам в ближайшем будущем ждать - я подробно расписала, что ждут нас теракты и война.
И не потому, что с какого-то рожна третий глаз у меня открылся, просто есть поступательная схема определённых событий и когда ты не ленишься и подробно в неё всматриваешься, то ты просчитываешь шансы тех или иных событий.
Отец мой кричал, что Россия летит в пропасть, тогда многие вкусили лёгких денег, кто-то надеялся, что он тоже вот-вот вкусит и народ не сильно переживал о будущем России, кто-то выживал, кто-то богател, система сменилась, люди тоже стали меняться.
Но человеку военному, привыкшему не болтать, а анализировать наперёд было очевидно, что всё что происходит с Россией - это скатывание во всех смыслах в пропасть.
Я ставлю пост за постом о Сирии, не потому, что зациклилась на этой теме, а потому, что участие в сирийской войне нас подставит по полной, мы слабая в экономическом плане страна, у нас нет союзников в принципе, в тылу у нас космополиты-инородцы у власти, на местах у нас казнокрады-придурки у власти.
Нет у нас того Духа и тех миллионов патриотически настроенных граждан, которые смогли бы отразить натиск подобный второй мировой войне, зато у нас есть разруха как в головах сограждан, так и повсюду по стране.
Пробил час готовиться, спецслужб не хватит, чтоб обезопасить все общественные объекты, да и спецслужбами их уже не назовёшь.
Как всё будет происходить, да разнообразно, от взрывов до очаговых конфликтов, с ослаблением за ослаблением. Едой и лекарствами запасайтесь.
Очень бы хотела, чтобы всё обошлось малой кровью, хотя после Донбасса уже не ясно, что такое малой кровью.
Позиция уступок эрефянской власти запутывает страну окончательно, потом нас будут просто бить со всех сторон, цинично и по-разному.


Автор: Елена Рохлина (дочь легендарного генерал-лейтенанта Льва Рохлина)
https://vk.com/id155135111
https://www.facebook.com/lina.goncarova

http://rohlina.livejournal.com


1.jpg
promo solvaigsamara october 20, 2016 05:00 2
Buy for 20 tokens
" Любая война начинается с желания войны. Когда войны никто не хочет, ее и нет. Сегодня же русские войны захотели. И непростой войны — ядерной. А раз мой народ хочет войны, он будет ее иметь. И именно такую, какую хочет. Конечно — преступление. Но не это важно. А — то,…
1. я

Под звуки пикового плача

Оригинал взят у konfuzij в Под звуки пикового плача
Collapse )

Про уродов и людей, такая нынче песня там ешё где плачут в подушки  и поутру снова резво тянут путинскую лямку к обрыву.
Недавно я получил недельное удовольствие общения  с врачами.
Впечатление - нагон грусти. У эхокардиографа фирмы Дженерал Электрик через год кончится контракт на сервисные поставки комплектующих и опосля срок лицензии на софт, эти спецы встанут в очередь на поломойки.
Оборудования нашего нету нигде. Все работают на импортном.
Кто услышит потом голоса безработных врачей из очередной прихлопнутой больницы, этот  что-ли, который защищает сирийские пустыни?
Он траверс пиков будет делать, вдоль длинной стены плача, искать дно и рассказывать, как трудно жить среди врагов, которые нам устроили санкции и плохие дороги.
И ведь никто голоса не подаст.

Пустыня.
Функционеры несут несусветную когнитивную пургу, вдоль линии вектора Лидера, перепрятывая деток по заграницам.
Не припомню уже, кто из "вертикальных"  вякал против   шерсти.
Нешто Кудрин, когда его прятали в засаде на потом.
Перед вертикалью  уже клином встали черные лебеди, так называемые " вызовы современности" толкают кормчего к девиантному принятию мер.
Но в гэбэ вся новая обстановка понимается извращенно, и адекватные решения будут выбраны наихудшие из самых плохих, судя по серии последних высказываний  лубянских бонз.
Где-то за кулисами сейчас ваяют Стратегию-3030.
Что они наваяют под стоны сокращенных врачей и нищей профессуры, которой приказано готовить смену?
Нечто такое - как бы это ловчее так сделать, чтобы под Путиным ничего не тронуть.
Шойгу в научных ротах вероятно усугубит траекторию падения..
Однако внешняя обстановка отрихтует любого, запросто, сколько Сирию и даже Баку не бомби.
И Китай, Брут он, назло рост снизил, чтобы руками саудов залить нефтью Европу и полудохлый Отец сдал бы  ему Дальний Восток без затей.
Жизнь,  как для Каддафи,  ему лопату одолжит, бесплатно, ещё до того  как Иран его кинет, востоковеда.
Туда направлен  траверз пиков великого  преодолевателя, исправителя исторических ошибок.
.
1. я

6 рецептов кофе, ради которого хочется просыпаться

Оригинал взят у a_01z в 6 рецептов кофе, ради которого хочется просыпаться
Оригинал взят у vsegda_tvoj в 6 рецептов кофе, ради которого хочется просыпаться

Ароматный свежесваренный кофе способен зарядить бодростью на целый день, согреть в холодную погоду и поднять настроение. Завтрак, и не только он, становится гораздо приятнее и вкуснее, если дополнить его этим напитком.

Но, если вам уже приелись эспрессо и капучино, предлагаем 6 рецептов, как приготовить необычный кофе.

Кофе «Офламерон» (рецепт 1901 года)


6 рецептов кофе, ради которого хочется просыпаться

Collapse )
1. я

Дмитрий Быков. «О чем спорить до драки, как не о литературе?»

Оригинал взят у jewsejka в Дмитрий Быков (интервью) // "Англия", 19 октября 2015 года
.


Дмитрий Быков: «О чем спорить до драки, как не о литературе?»

Лекторий «Прямая Речь» – теперь и в Лондоне! В ноябре с лекциями о Чехове и романе Толстого «Анна Каренина» выступит человек, которому вряд ли нужны долгие представления, – блестящий литературовед, поэт, писатель, журналист, сатирик Дмитрий Быков. Зачастую он просто обескураживает слушателей своими рассуждениями о литературе, поворачивая наше представление о знакомом предмете на 180 градусов. С ним могут спорить, не соглашаться – но никто не остается равнодушным.

Наше интервью – о его личных взаимоотношениях с литературой.


– Дмитрий Львович, ваше прошлое выступление в Лондоне произвело на всех большое впечатление и вызвало долгие споры в русскоязычном сообществе. Оказалось, что многих буквально лично задевает ваша критическая оценка их любимых писателей, потому что вы являетесь для них авторитетом в вопросах литературного вкуса. А как формируются ваши собственные предпочтения? Что для вас является критериями хорошей или плохой литературы?

– Самый большой комплимент для литературы в моей системе ценностей – точность. Она может быть точностью эмоционального попадания или пластического описания – неважно: важно, чтобы я вздрогнул и почувствовал, как у Пастернака: «Вы узнаны, ветки! Прохожий, ты узнан!». И, конечно, на тексте должно стоять авторское клеймо. Он должен быть немедленно опознаваем, и чем тоньше и совершеннее текст, тем это клеймо незаметнее. Но без него ничего не бывает. Кроме того, я старомодно полагаю, что в литературе – в отличие от повседневной жизни – должны быть сильные страсти и сильные мысли, рискованные гипотезы, такие концепции, которые организуют жизнь заново, трактуют ее так, как никогда раньше. Проза с температурой 36,6, стихи с вялыми мыслями мне неинтересны.

Что до бурных дискуссий обо всем этом – естественное дело: политики нет, современное искусство – жалкий перепев советских образцов, общественные дискуссии, в общем, того же уровня… О чем спорить до драки, как не о литературе? Именно в это время лекторий «Прямая речь» угадал тенденцию и сделал московские лекции – теперь вот и лондонские – трендом сезона. Рассказываешь про Бродского – яблоку не упасть, про Штирлица – вообще толпа, причем молодая. Потом это неделю обсуждают в блогах, навешивая ярлыки. Как будто прямо речь идет о чем-то лично для них важном! Литературоцентричность России – это хорошо или нет? Может, это отсутствие другой жизни так сказывается – нормальных каких-то занятий, личных приключений, наконец? Радоваться ли этому, я, честно говоря, не знаю. С одной стороны – хорошо, с другой – странно как-то видеть людей, так озабоченных проблемами литературы. Как говорил Окуджава, поэтические вечера с конной милицией – это ненормально.

– На лекции о Бродском вы говорили, что он – любимый поэт обывателя, потому что обыватель узнает свои чувства и мысли в его стихах. Практически тот же упрек – в вашей статье о Довлатове. Почему это вызывает у вас неприятие? Считаете ли вы, что функция литературы – «поднимать» этого обывателя на другой уровень?

– Я говорил не совсем об этом. Речь шла о том, что Бродский сделал фактом культуры – признаю, высокой культуры – именно обывательское сознание, во многом эгоистическое, собственническое, обидчивое, ревнивое и т. д. Бродский дает обывателю возможность полюбоваться собой. Он с редкой, можно сказать, с небывалой энергией выражает весьма тривиальные мысли – и это создает по-своему привлекательный, но весьма печальный диссонанс. Бывают у него и замечательные откровения, и мысли в полный рост – но очень часто его поэтический ураган несет всякий мусор, и сила экспрессии оказывается больше, чем значимость мысли. Получается все-таки забивание гвоздей паровым молотом. Бродский очень редко дает читателю радость открытия – скорей он дарит ему несколько более примитивную радость узнавания собственной ситуации. А это совсем не то, что радостное читательское восклицание – вот, я всегда это знал, но никогда не мог назвать! Разница огромная. Все это никак не умаляет масштабов Бродского, но поэт не может не отвечать за своих интерпретаторов. То, что Бродский сегодня присваивается «русским миром», вина не только «русского мира»: Бродский – поэт выигрышной, часто гениальной риторики. Прямой наследник Маяковского, о чем писал еще Карабчиевский. И если ему в какой-то момент кажется выигрышным написать «Стихи о зимней кампании 1980 года», он напишет их, а если «На смерть Жукова» – то их. Не отдавая себе отчета (ровно в стиле «русского мира»), что это вещи взаимоисключающие.

Случай Довлатова – совсем иной. Это попытка дотащить байку до уровня литературы. Читателя эта проза ласкает: говорил же Георгий Иванов об «умиротворяющей ласке банальности». У меня могут быть читательские претензии к Бродскому, но я и в страшном сне не поставлю его в один контекст с Довлатовым: это все равно, что сопоставлять Маяковского и… ну не знаю… Вл. Лидина?

– Вопрос о Довлатове и о Зощенко от редактора “Англии”: Герои у обоих писателей живут в разных обстоятельствах, но во многом они похожи: жадность, трусость, нерешительность и мещанство свойственны и тем, и другим. Трагическое низведено до анекдота. Однако о мире героев Зощенко вы говорите сочувственно как о «последнем прибежище человечности», а о Довлатове и его героях отзываетесь более резко. Вы не могли бы объяснить, почему? В чем принципиальная разница?

– Это так очевидно, что скучно объяснять. Зощенко к своим героям относится с ненавистью, если они мещане. С несколько брезгливым состраданием – если они интеллигенты из «бывших», вроде Мишеля Синягина. Довлатов в душе тоже брезгует, но в прозе – жалеет, умиляется, и даже сам он вызывает у себя не столько раздражение, сколько горячее сочувствие. Бег на месте общепримиряющий – вот довлатовская проза. Она явление абсолютно застойное, и немудрено, что сейчас пришло ее время, и Говорухин снимает по ней фильмы… Просто в застое, помимо Довлатова, действовали Тарковские, Стругацкие, Высоцкий, Трифонов, Аксенов, Шукшин, Авербах, Вознесенский, Рыбников – а сегодня никого из них нет, и Довлатов высится как некая вершина. Хотя на фоне ленинградских ровесников – Житинского, Попова, Катерли – он отнюдь не самое выдающееся явление, скорей крепкий второй ряд. Зощенко – тончайшая имитация маргинальной, изуродованной, больной речи. Довлатов – абсолютно нейтральный стиль, на него почти невозможно написать пародию, он сам – стилизация под анекдот. Впрочем, у меня никогда не было запоя, а без запоя это, видимо, не понять. Довлатова, говорят, хорошо читать с похмелья, но где мне взять его? Я ведь вообще не пью лет двенадцать.

– Антон Носик в своем блоге написал о вас: «…Быкова, с его учительской привычкой расставлять писателям оценки и ранжировать их по уровню гениальности, понять нетрудно: он пытается строго блюсти границу между Литературой с большой буквы и развлекательной беллетристикой». Насколько его замечание верно? Для вас это действительно важно?

– Странно сказано. Простите за аналогию – «Менделееву, с его учительской привычкой расставлять элементам оценки и ранжировать их по числу электронных оболочек…» Я не провожу границы и не «стараюсь их блюсти» – но просто они есть, понимаете? Они есть объективно, вне зависимости от нашего желания. Есть периодическая таблица, в ней у каждого элемента свое место, изотопы, валентности – так же и у каждого писателя свои корни и свое место в общей литературной картине. И не мне их расставлять – они там уже стоят, просто одни это видят, а другие нет. Этим другим, для которых литературоведение – не профессия (в литературе же все разбираются, правильно? Как и в экономике?), кажется, что все субъективно, что золото и алюминий – одно и то же, и оба чем-то похожи на ртуть. Ну как с этим спорить? Пусть говорят. Вреда, в общем, никакого. При этом Носик-то как раз умный, просто зачем ему в этом слишком часто признаваться?

– Какие книги (или книга) повлияли на вас больше всего? И почему?

– Думаю, что «Легенда об Уленшпигеле», потому что в ней есть все, она доказала возможность народного религиозного эпоса в девятнадцатом веке, в новейшие времена. Она написана вопреки всем правилам – точнее, по тем старым рецептам, которые сегодня, в эпоху рациональной и быстрой кухни, уже утрачены. Александр Шаров сильно влиял – и сказками, и взрослой прозой. Стругацкие, разумеется. Поэтов не перечисляю – много раз говорил про это. Собственно, почти все лекции в «Прямой речи» – рассказ об этих влияниях.

– Вы приезжаете в Лондон с лекцией «Чехов как антидепрессант». При этом многие чеховские рассказы практически невыносимы – настолько они задевают самые болезненные точки читателя. Но уже в конце первого тома действительно ощущаешь своего рода катарсис. Как вы объясняете этот парадокс?

– Вот в лекции я его и объясняю, зачем же раньше времени раскрываться? Приходите, все узнаете. Одно могу сказать – Чехов был основоположником литературы абсурда не потому, что человеческое бытие для него трагикомично и мелко, а потому, что рядом с героями у него установлен яркий источник света, «незыблемая шкала», и только в этом утешение.

– Почему именно Чехов – один из самых любимых и читаемых русских писателей на Западе?

– Тургенев ввел на Западе моду на короткий роман – без фабулы, но с крепким и сильным сюжетом, с неразрешимой коллизией в основе, с богатым подтекстом, который выявляется благодаря тонким и сложным сигналам, иногда почти неощутимым. Чехов продолжает эту традицию – он ничего не говорит прямо, но все понятно. Читатель, особенно западный, не любит, когда его тычут носом в истину, и прощает это только Достоевскому – за русскую экзотику.

– В анонсе своей лекции об «Анне Карениной» вы назвали Лондон «самым политическим городом России». На ваш взгляд, какую роль может и должна сегодня сыграть русская эмиграция для изменения политической и общественной ситуации в России? А с точки зрения литературы и журналистики?

– Очень не хочется никого обижать, но какую же роль может играть эмиграция в российских событиях? Ее роль одна – сохранить себя, спасти как можно больше народу, не уронить представление о России, формирующееся во внешнем мире… Несколько его облагородить, если повезет… Привнести на Запад то лучшее, что есть в России и чему не дают там быть… Политики в России сейчас нет, она сконцентрировалась в Лондоне – главное не скатиться в склоки, в обычные эмигрантские ссоры, не погрязнуть в стаканных бурях, не возненавидеть друг друга, заграницу и Родину. Это очень трудно, я понимаю. Но настанет день, и день этот близок, когда самым политическим городом России будет Москва, а если повезет – и не она одна. Вот тогда нам пригодится все, что происходит в сегодняшних Лонжюмо.

– В одной из недавних передач на «Эхо Москвы» вы сказали, что находите книги Вудхауса скучными. А какие британские авторы вам нравятся?

– Вудхаус на фоне этих авторов почти не виден. Шекспира, надеюсь, можно не называть – в его мире мы все живем, – но гениальная плеяда учеников и последователей Диккенса, на которых как бы распался его могучий синтетический дар, – в перечислениях не нуждается: Киплинг, Честертон, Уайльд, Шоу, Стивенсон, Дойл, Голсуорси, Моэм, Саки! Из более поздних – Малколм Брэдбери, не уступающий великому однофамильцу. Чарльз Маклин. А Роулинг?!

Беседовала Юлия Варшавская
.
1. я

О ЧЕМ ГОВОРЯТ ИЛЛЮСТРАТОРЫ

Оригинал взят у lattona в О ЧЕМ ГОВОРЯТ ИЛЛЮСТРАТОРЫ


Автопортретичный персонаж, спрятанный в иллюстрациях к "Мюнхаузену"


Мы живем в удивительное время, когда можно перезнакомиться с таким количеством талантливых современников, о которых раньше люди и в книгах-то не успевали прочитать за жизнь. Мне страшно любопытно про других художников. Поговорили на днях с Львом Капланом
про иллюстрацию, акварели, книги, детство и течение времени.

Для тех, кто не знаком с его работами, вот положенная справка:
Живет в Штуттгарте с женой и сыном. Раз в год иллюстрирует по великолепной книге ("Бременские музыканты", "80 дней вокруг света", "Саги братьев Гримм", "Мюнхаузен"). В свободные от работы и иллюстрации дни умудряется писать "свободные" картины.
Для тех, кто знаком с работами хорошо, вот наш разговор:

Collapse )

1. я

Киногерои Ренессанса: герои известных фильмов на классических полотнах живописи

Оригинал взят у grimnir74 в Киногерои Ренессанса: герои известных фильмов на классических полотнах живописи



Постеры из серии *Киноремейки*.

Постеры из серии *Киноремейки*.



В портфолио графической студии Young Rascal появились недавно совершенно очаровательные постеры с портретами классических киногероев в образе "еще более классических" картин. Сигурни Уивер в образе Дамы с горностаем (да только вместо горностая у нее покоится на руках маленький Чужой), Хеллбой, играющий на лютне, робот R2D2, бросивший путешествия по звездным галактикам ради карьеры художника - эти картины прекрасны. Проект получил название "Movie Remakes".





Collapse )
1. я

"День Марти Макфлая": "Назад в будущее" наступает сегодня

Оригинал взят у grimnir74 в "День Марти Макфлая": "Назад в будущее" наступает сегодня




21 октября 2015 года стало днем, наступления которого ждали сотни миллионов, а то и миллиарды во всем мире. Именно на эту дату, согласно второй части культовой трилогии "Назад в будущее", назначено то самое "будущее", в которое должны перенестись из "настоящего" Марти Макфлай и Док Эммет Браун на машине времени модели DeLorean DMC-12.

Не так уж часто человечество может оглянуться в прошлое и посмотреть, чего оно достигло, проверить, насколько мир, в котором мы живем, соответствует тому, каким он представлялся нам несколько десятилетий назад. Такой вехой стал 1984 год, созданный воображением Джорджа Оруэлла, станет и стремительно приближающийся 2042-й, о котором писал Владимир Войнович.

Однако эти произведения не стали частью всемирной массовой культуры – в отличие от фильма, снятого Робертом Земекисом по сценарию, написанному им совместно с Робертом Гейлом. И уж совсем редко у будущего оказывается дата – 21 октября 2015 года. Дата, оказавшаяся настолько значительной, что в интернете несколько раз распространялись "фейковые" иллюстрации с экрана машины времени – мол, Марти уже здесь.

К знаменательному событию приурочено множество публикаций СМИ. Журналисты в первую очередь обращают внимание на то, каким представляли себе будущее в далеком 1989 году, насколько окружающая нас уже в настоящем 2015 году реальность соответствует этим ожиданиям.


Collapse )